08 Декабря 2012 года

Бернар Магре. Человек с 40 замками.

Он начинал простым курьером. Сейчас он – владелец 850 га виноградников по всему свету и единственный владелец 4-х Grand Cru Classe в самых престижных аппелласьонах Бордо.

 
 
Он любит работать, любит землю, музыку, искусство, виноградную лозу, вино и любит жизнь. А еще оливковые деревья. Это последнее увлечение – совсем недавнее. Оно, как вспышка молнии, осенило Бернара Магре в Каталонии, когда он подыскивал виноградник в Приорате. Там растет старая олива, возраст которой более 1000 лет. Перед лицом этого невозмутимого памятника, свидетеля тысячелетия, Бернара Магре осенила внезапная мысль… И вот тысячелетняя олива родом из Каталонии совершила путешествие в Бордо, чтобы быть высаженной в Шато Пап Кеман. Она стала первым свидетелем стремления этого человека, владельца великих виноградников, увековечить себя. За первым оливковым деревом последовали 10 других, некоторые из которых еще более старые. Все они высажены на территории 4-х замков Бернара Магре. Каждое дерево получило имя, отсылающее нас к эпохе его рождения. Оливы носят имена: Гуго Капет, Каракалла, Септим Север, император Константин, Хлодвиг, Карл Мартелл, Пепин Короткий, Марк Аврелий, Святой Бенедикт. «В 76 лет времени катастрофически не хватает. Я спешу делать добро. Спешу отдать людям часть того, чем одарила меня жизнь,» - рассуждает Магре-философ в своем главном поместье (а их у него 40!) Шато Пап Клеман, виноградники которого, посаженные идеальными рядами, противостоят наступающему на них городу Бордо. Три знамени полощутся на ветру у входа в замок. Первое – с гербом хозяина, скрещенными ключами к совершенству. Второе – с папской тиарой и ключами Святого Петра на белом фоне. Это посвящение Бертрану де Готу, принявшему сан Папы Римского под именем Клементия V и посадившему здесь виноградник в начале 14 века. Третье - с горностаями на голубом фоне, гербом Морбиана, откуда родом отец Бернара Магре. «Он был неласков со мной, - вспоминает Бернар Магре. – Но это был мой отец. Он мне твердил, что из меня ничего не выйдет. Он даже писал это на бумаге, которую прикреплял булавкой к моей куртке, когда я шел в школу. И, в конце концов, он отправил меня в возрасте 13 лет в ремесленное училище в Люшон. Там я изучал лесоводство, немного ботанику и освоил ремесло пильщика по дереву. В училище был еще один трудный подросток, как и я. Его звали Франсуа Пино. Он тоже кое-чего добился в жизни… Если бы мой отец увидел меня сейчас, он был бы поражен и гордился бы мной. Как минимум, я надеюсь…»
«Трудный подросток» был принят на работу к Жану Кордье, харизматичному негоцианту и в то время владельцу Шато Тальбо и Шато Грюо Лароз. Затем Бернар Магре начинает свое головокружительное восхождение. Начав с нуля, а именно с должности курьера, он берет в свои руки маленькую убыточную компанию, торгующую портвейном, и превращает ее в огромное предприятие. Это начало 60-х гг. Революция гипермаркетов, начавшаяся в США, накрывает Европу. Первый Карфур открывается в 1963 г. «Это было в Сен-Женевьев-дю-Буа, - вспоминает Бернар Магре, - я стучал в двери каждого супермаркета, как только он открывался. Каждый город хотел, чтобы в нем открыли супермаркет. Появились сети Кодек, Евромарше, Карфур… Надо было быстро бегать, чтобы всех обслужить». Помимо портвейна Бернар Магре предлагал ром, затем готовый пунш, потом текилу и виски, который он назвал Вильям Пил (William Peel). «Это была моя лучшая идея за всю жизнь, - объясняет Бернар Магре, - Я исходил из простой концепции: Франция – крупнейший потребитель шотландского виски в мире. Я поработал над качеством продукта, над формой бутылки. Сделал хорошую этикетку и объявил хорошую цену». В результате, в течение 15 лет виски Вильям Пил оставался лидером рынка. Бернар Магре также приобрел Sidi Brahim, марку марокканского вина, и создал бренд Бордо Малезан, который компания продавала по 12 млн бут. в год. «Первые 6 лет я был на грани банкротства. Я работал, как проклятый. Я рисковал всем. Ставил на кон последнее. Никогда не спал более 5 часов в сутки, а иногда вообще не спал. Ночью я просыпался в холодном поту. Мне снился один и тот же кошмар: я в суде, и слушается дело о моем банкротстве. А потом все пошло так быстро…» Именно так и делают карьеру – бегом. В 2004 году Бернар Магре продает все группе Кастель, чтобы заняться великими винами. Объемы теперь значительно меньше, но зато виноградники, которые он приобретает, классифицированы, а терруары тщательно отобраны. «Шато Пап Клеман принадлежал семье Версаль, – рассказывает Б. Магре, – миноритарным собственником был мой тесть. Сначала я выкупил у него эту меньшую долю, а потом выкупил и весь замок».
Сейчас Бернар Магре владеет 40 виноградниками по всему свету и самолетом, чтобы посещать свои виноградники. Помимо Шато Пап Клеман, он владеет звездными виноградниками Шато Ля Тур Карне, Шато Фомброж, Шато Ле Гран Шен и Шато Пуме. Другие поместья располагаются в Кот де Бург, Кот де Блай, Лангедоке, Провансе и за границей – в Испании, Калифорнии, Марокко, Уругвае, Аргентине, Японии, Чили. Всего 850 га виноградников, из которых 290 га – категории премьер и гран крю. «Я не коллекционирую замки, - объясняет Бернар Магре. Я просто увлечен вином. Лет 15 назад люди были привязаны к какому-то одному вину, которое они все время пили. Они не стремились к разнообразию. Сегодня люди хотят новых открытий, новых эмоций. А я всего лишь отвечаю на запросы потребителей. 40 замков – это 40 различных эмоций». Все свои вина Бернар Магре подписывает своим именем и ставит на них, таким образом, знак качества. Бернар Магре имеет репутацию жесткого человека, «людоеда». Когда он берется за новую сделку, готовый на все, она сразу взлетает в цене минимум на 500 000 евро, признается он. Он делает все, чтобы добиться поставленной цели. Но если сделка ускользает, он сразу переходит к другому делу, без сожаления. И снова выжидает выгодную возможность. «Я полон идей. Когда ты сам себе хозяин, владеешь 100% капитала своей компании, ты принимаешь решение сам, и зачастую это происходит слишком быстро для окружающих. Другие опасаются, и остаются позади».
Он читает всю деловую прессу и обожает читать истории успеха других людей. «Всегда нахожу идею, которую можно позаимствовать», - говорит Бернар Магре. Он любит прессу и банкиров. Прессу – потому, что с ее помощью формируется имидж продукта или личности в сознании людей: повторение (repetition) равно репутации (reputation). А банкиров потому, что они ему всегда доверяли. «Когда я начинал в 1962 году, - вспоминает Бернар Магре, - они часто закрывали глаза на то, что я не всегда мог соблюдать сроки выплат…».
Спокойствие и уверенность пришли с годами. «Удавшаяся жизнь измеряется тем, сколько ты смог отдать людям», - повторяет Бернар Магре. Он собрал коллекцию старинных автомобилей, бронзы, полотен фламандских мастеров (цветы и натюрморты XVI и XVII вв.) и с увлечением занялся меценатством. Бернар Магре купил за 2,2 млн евро скрипку Страдивари, которую окрестил Фомброж в честь своего замка гран крю в Сент-Эмильоне, и доверил ее французскому виртуозу Маттье Арама, солисту оркестра Национальной Оперы Бордо. Бернар Магре организовывал концерты в Бордо и на престижной сцене Московской Консерватории со скрипками Страдивари из российской Государственной коллекции. «Не более сотни скрипок Страдивари путешествуют по миру, - объясняет Бернар Магре, - в основном они принадлежат различным фондам. Остальные, а их от 300 до 400 штук, лежат в своих футлярах и никогда не используются. Какая жалость! Как можно заставлять молчать соловья?»
Бернар Магре-меценат задает тон по всем направлениям: защита окружающей среды, медицинские исследования (в области онкологии и кардиологии) и искусство. Последнее направление представлено Институтом Культуры Бернара Магре, который принимает артистов и дает им возможность и средства реализовывать свои проекты: музыка звучит в Шато Фомброж; современное искусство, живопись и скульптура представлены в Лаботтьер, роскошном особняке в самом центре Бордо, действующем по образцу Виллы Медичи в Риме; литераторы собираются в Шато ля Тур Карне, великолепном и славном средневековом замке в О-Медоке, под покровительством Монтеня и Ля Боэти, которые здесь жили в свое время. «Увековечить себя скорее можно в культурном фонде, а не в бизнесе. Культура, обращенная к людям, – это единственный вызов, который остается у человека, добившегося всего в жизни…».

Текст Жана-Франсуа Шене